Русская Православная Церковь

Официальный сайт Московского Патриархата

Русская версияУкраинская версияМолдавская версияГреческая версияАнглийская версия
Патриархия

В.Р. Легойда об итогах 2018 года

В.Р. Легойда об итогах 2018 года
Версия для печати
28 декабря 2018 г. 17:31

В интервью телеканалу «Царьград» председатель Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ В.Р. Легойда подвел церковные итоги 2018 года.

— Владимир Романович, подведение итогов церковного года приходится начинать не с самых приятных тем. Но поскольку медийно они наиболее акцентированы, начнем с них. Усугубление церковного раскола на Украине, «разбойничий собор» в Киеве, ожидание «томоса об автокефалии», разрыв канонического общения с Константинопольским Патриархатом и, увы, Афоном. Как так получилось, что именно эти темы стали ключевыми в церковной повестке дня?

— Быть может, я сейчас для кого-то неожиданную вещь скажу, но все случившееся я бы не стал чрезмерно представлять в виде трагедии. Как недавно справедливо подчеркнул Святейший Патриарх Кирилл, драма всегда присутствует в человеческой жизни, и в жизни Церкви тоже. И было бы странно, если бы это было не так. Потому что человек находится в падшем состоянии, и это, к сожалению, проявляется и в церковной жизни.

Конечно, это не значит, что мы не должны стремиться, чтобы таких драматических моментов не было, но они все равно проявляются. Мне кажется, что здесь важно больше думать о причинах случившегося, но не столько над вопросом «почему?», сколько «для чего?». А главное, какие уроки мы, как православные христиане, должны вынести для себя. И как нам сделать так, чтобы эти раны попытаться залечить.

Еще и еще раз скажу: ничего хорошего в сложившейся ситуации нет. Это ситуация разрыва единой ткани православных отношений. И это, конечно, всегда болезненно и вызывает большую тревогу и печаль. Тем не менее я бы не сводил церковные итоги года только к этим, безусловно, важным, масштабным и знаковым событиям.

— Однако в ходе прошедшего 26 декабря заседания Высшего Церковного Совета наш Святейший Владыка сделал очень яркие и жесткие заявления относительно происходящего, сказав, что «мы являемся свидетелями цивилизационной катастрофы».

— Да, безусловно, в своем пространном слове Патриарх обобщил этот факт, подвел итоги, дал очень точные оценки тому, что произошло и на Украине, и в отношениях с Константинополем. Но мне кажется, что лейтмотивом выступления Предстоятеля был призыв к молитве. И это очень важно понимать, ведь это не какое-то там обязательное присловие о том, что всем нам важно молиться, но как раз-таки стержень христианского поведения и осознания ситуации.

— И вместе с тем год заканчивается на обнадеживающей ноте. Так, на прошедшем 21 декабря Епархиальном собрании города Москвы, собрании всего московского духовенства, слова Святейшего Патриарха о возможности для русских паломников молиться и причащаться в Русском Пантелеимоновом монастыре на Афоне вызвали всеобщую радость собравшихся. Понятно, что это решение, что называется, «по икономии», в виде исключения. Как понятно, что по этому поводу должно быть вынесено Синодальное решение.

— Что касается решений Синода, мы об этом уже вот-вот узнаем. Что же касается сложившейся ситуации в целом, то, повторюсь, прежде всего наши молитвы должны быть о канонической Украинской Православной Церкви, о ее священниках и мирянах. Молитва о том, чтобы Господь дал им силы перенести эту очень сложную ситуацию, в которой пока не видно какого-то изменения в лучшую сторону и ослабления давления, которое осуществляется сегодня. Но важно понимать, что, при всем нашем желании мира и мирного разрешения ситуации и готовности обсуждать это с тем же Константинополем, мы, конечно, не можем поступаться истиной.

— Еще одна тяжелая тема, которую невозможно обойти стороной: поджоги храмов, причем это коснулось как многострадальной Украины, так и России. Крайне левые богоборцы в России, радикальные русофобы на Украине, совсем еще юные сатанисты, как в случае со страшной трагедией в Карелии, где утрачена поистине уникальная святыня. Возможно ли пусть не избежать подобных трагедий, но хотя бы минимизировать их?

— Опять же, с одной стороны, в этом нет чего-то такого, о чем бы мы как христиане не были предупреждены в Евангелии. Но с другой стороны, подобные случаи, конечно, всегда вызывают боль, а вместе с ней и недоумение. Честно скажу, всякий раз, когда я с этим сталкиваюсь, меня поражает то, как такое вообще возможно, после всего того, через что Русская Церковь и все наше общество прошли в XX веке. Мне почему-то казалось, видимо, по наивности, что эти антицерковные гонения и тяжелейшие испытания должны стать своего рода прививкой против подобных вещей. Но оказывается, что это не так. И человеческая злоба приводит к таким страшным вещам.

Вспоминаю, как Анна Юрьевна Кузнецова (Уполномоченный при Президенте России по правам ребенка — прим. ред.) после ситуации в Карелии сделала один очень важный, хотя и неочевидный вывод. Она сказала, что наши дети (разумеется, я пересказываю своими словами) пытаются к нам пробиться, потому что им не хватает внимания, не хватает любви. И думаю, она в определенном смысле, конечно, права. И именно поэтому ситуацию в Карелии можно рассмотреть не только в рамках обстоятельств с поджогами храмов, но и со страшной трагедией с расстрелом в Керченском колледже.

Это важнейшая тема, это болевая точка. Здесь же постоянные видео избиения подростками других подростков, девочками девочек под постоянные подбадривающие крики. Да, с одной стороны, всегда была подростковая жестокость, драки, это неизбежно. Но с другой стороны, такие вещи являются следствием всего культурного фона, этакого легкого отношения к таким вещам, как физическое насилие. И для подростков это поведение зачастую является продолжением компьютерных игр или каких-то вещей, которые постоянно с детства видели, к примеру, по телевизору. И все это очень важно, требует осмысления и внимания Церкви и общества.

— Диагноз поставлен, судя по всему, верно. Но может ли Церковь предложить пусть не панацею для того, чтобы исцелить то же самое подростковое общество, да и не только подростков, а общество в целом от эскалации насилия и от навязываемой зачастую извне антицерковной позиции? Тем не менее, может быть, у Церкви есть некая комплексная терапия?

— Тут я бы подчеркнул две вещи. Самое главное, что есть у Церкви — это Христос. И на пути ко Христу единственной возможностью изменения мира вокруг является изменение самого себя. Мы любим цитировать преподобного Серафима Саровского, но всегда ли вдумываемся и пытаемся исполнить его призыв о стяжании Святого Духа и о том, что «спасись сам и вокруг тебя спасутся тысячи»?

По большому счету, это размышление на тему евангельской фразы, что прежде нужно избавиться от бревна в своем глазу. То есть, не изменив себя, не поймешь, как помочь ближнему. И в этом смысле, посмотрите, Евангелие антиреволюционно. Потому что революция есть стремление изменить внешний мир. А здесь очень четко сказано, что ты, не очистившись сам, ты просто не поймешь, как его менять. И в этом смысле терапия очевидна. Хотя мы прекрасно понимаем и то, что не все и не всегда к ней будут прибегать.

С другой стороны, Церковь, конечно, делает очень много. Прежде всего, это налаживание полноценной приходской жизни, где мы, скажем прямо, еще находимся в начале пути. Наши православные приходы постепенно становятся не только местами молитвы (а это, безусловно, главное), но и культурными центрами, где постоянно осуществляется просветительская работа, работа с молодежью. И все это уже происходит и меняет наше общество.

— От негатива — к положительным фактам. Церковь живет, священнослужители активно занимаются просветительской работой, Святейший Патриарх Кирилл обозначил на днях впечатляющие цифры: рост числа храмов, священников, архиереев. Но что стоит за этими цифрами?

— Об этом всегда очень сложно говорить, потому что статистика, конечно, показывает количественные изменения, но то главное изменение, которое происходит с человеком и его духовной жизнью, очень сложно замерить. Недавно кто-то спросил, насколько священники готовы к диалогу с современным человеком, понимают его проблемы и так далее. Но посмотрите, сколь радикально и активно сегодня меняются те же православные СМИ. Ваш канал «Царьград», тот же «Спас» и многие другие. И когда вижу священников в наших СМИ, то вижу, насколько они сегодня готовы к самым сложным диалогам.

Каких-то десять лет назад был качественно другой уровень. Как известно, «Что посоветуете, батюшка», вопрос священнику, всегда был самой популярной рубрикой на всех каналах, сайтах, в журналах, в любых изданиях. Популярность этого формата сохранилась, но качество ответов существенно изменилось. А потому количественный рост числа священнослужителей далеко не всегда подразумевает качественный, но в последние годы очевидны и качественные изменения.

— Тем не менее, если взять некоторые светские СМИ, а особенно социальные сети и блогосферу, то очевидно, что в течение последнего года усилилась антицерковная информационная война, можно называть ее иными именами, но факт остается фактом, она нарастает?

— В традиционных СМИ в меньшей степени. А в западных все-таки не стоит преувеличивать наших отношений, интереса и внимания к Русской Церкви в зарубежных СМИ. Конечно, сейчас это связано с ситуацией на Украине и нашими отношениями с Фанаром. Понятно, что здесь ситуация политически ангажирована и преподносится нередко в определенном ключе и с определенной точки зрения. Но в целом не стоит преувеличивать степень интереса к русской церковной жизни на Западе.

А вот в социальных сетях ситуация другая, более тревожная. Потому что молодежь проще поддается и формирует негативные стереотипы. Они сформированы за последние 20 лет и являются, с одной стороны, результатом целенаправленного формирования таких стереотипов, а с другой — результатом нашей некачественной работы и просто поведения. И я всегда говорю: не нужно все списывать на врагов, мы сами часто себя так ведем, что даем повод ищущим повода.

— У нас очень любят, подводя итоги года, «рисовать» топ-5, топ-10 ключевых событий, наиболее значимых проектов и т.д. Не прошу Вас обозначить некий численный топ, но все же, что Вы в течение этого непростого церковного года могли бы отметить в первую очередь? Причем как из глобальных событий, так и, быть может, епархиальных, региональных.

— Как христианин в первую очередь я выделю Рождество и Пасху. И говорю это без иронии. Есть вещи, на которые нанизывается вся история, которые определяют ход мировой истории, независимо от того, верят в них люди или нет. И таких принципиальнейших, важнейших событий два: это Рождество и Пасха.

Но, конечно, события на Украине нельзя обойти. И связанную с ними ситуацию во всем православном мире. Это, безусловно, то, что сейчас определяет нашу церковную повестку дня. И конечно, связано с нашими основными молитвами и постоянным беспокойством. Но это далеко не все то, что является резонансным и определяющим внутренний ход нашей истории.

И именно поэтому я хочу рассказать об одном событии, которое никогда не попадет в топ, но является чрезвычайно важным. Это открытие детского хосписа в Подмосковье протоиереем Александром Ткаченко, который в свое время уже открыл в Санкт-Петербурге первый детский хоспис в России. Полноценно хоспис заработает только в будущем году, но все равно это очень важное событие. И там будут жить дети со всей страны.

Подчеркну: я намеренно использую слово «жить», потому что имеющееся преставление о «доживании» в отношении людей, услышавших страшный диагноз и испытывающих безысходность, не соответствует тем настроениям, той атмосфере, которая создана отцом Александром и теми людьми, которые с ним занимаются этим высочайшим и сложнейшим служением. И поэтому я считаю это важнейшим событием, о котором важно говорить.

Еще одно важнейшее церковное событие, которое едва ли попадет в эти самые топы, — это проект нашей службы «Милосердие» и агентства РИА Новости, посвященный бездомным. В свое время мой друг и коллега Ярослав Скворцов, декан факультета журналистики МГИМО, придумал определение «сострадательная журналистика». И это замечательный пример такой журналистики. Того, что журналистика способна не только информировать, просвещать, развлекать, но и заниматься конкретной помощью реальным людям.

И конечно, отдельно хотелось бы выделить празднование 1030-летия Крещения Руси, которое праздновала вся Русская Церковь, и в Москве, и в Киеве, и в Минске, но не только в столицах, а вообще, вся Россия, вся Украина, вся Белоруссия и вся Молдавия. Ситуация на Украине невольно заставила почувствовать важность прошедшего, особенно учитывая то, что в крестном ходе канонической Украинской Православной Церкви в Киеве в те дни приняли участие сотни тысяч православных христиан.

И безусловно, хочется вспомнить июльские Царские дни, 100-летие трагического события — убийства святых Царственных страстотерпцев. Мы медленно приходим к пониманию и переосмыслению событий 1917 года и последовавших за ним страшных лет. Десятилетиями в нас вбивались жесткие клише к нашему дореволюционному прошлому и, в частности, по отношению к последней Царской семье. Там не было места состраданию, чувству несправедливости и так далее. И то, насколько наше общество изменилось за прошедшие 20-25 лет, показали Царские дни, на которые в Екатеринбург собралось свыше ста тысяч верующих. И это тоже очень важный итог ушедшего года.

— Предстоящий 2019 год явно будет тяжелым и насыщенным. На что стоит обратить внимание нам, православным журналистам, и вообще всем верным христианам нашей Церкви?

— Хотелось бы закончить предыдущим ответом о «сострадательной журналистике». Мне это кажется очень важной тенденцией. Сейчас все обсуждают разные медийные форматы, телеграм-каналы, еще что-то. Но как мне кажется, надо обсуждать содержание того, чему эти форматы служат: распространению псевдоинсайдов, фейков или, напротив, того, чем можно помочь конкретным людям? И я бы хотел пожелать всем нам, тем, кто работает на ниве того, что мы называем «православной журналистикой», внимания, сострадания, помощи и жертвенной любви.

Беседовал Михаил Тюренков

Синодальный отдел по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ/Патриархия.ru

Материалы по теме

Предстоятель Русской Церкви выразил поддержку французскому народу в связи с пожаром в соборе Парижской Богоматери

Состоялся визит председателя Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ В.Р. Легойды в Ватикан

Состоялась презентация книги А.В. Щипкова «Прямое высказывание»

Будущее теологии: почему России надо развивать свою школу. Как русским не стать покорными потребителями чужих идей [Статья]

Состоялось первое в 2019 году заседание Синода Православной Церкви Молдовы

Предстоятели Александрийской, Антиохийской, Иерусалимской и Кипрской Православных Церквей отметили необходимость защиты верующих, храмов и монастырей на Украине от нападений и насилия

Интервью Святейшего Патриарха Кирилла греческой газете «Этнос тис Кириакис» [Патриарх : Интервью]

Протоиерей Николай Данилевич: История с «томосом» не принесла ничего доброго [Интервью]

Другие интервью

Архимандрит Порфирий (Шутов): Соловки притягательны для тех, кто ищет монашеской жизни

Митрополит Волоколамский Иларион: Судебное решение о незаконности переименования Украинской Православной Церкви направлено на восстановление справедливости

Митрополит Волоколамский Иларион: Счастье человека не измеряется размерами его богатства

В.Р. Легойда: «У Церкви нет задачи отвечать духу времени, потому что дух времени так себе»

Митрополит Волоколамский Иларион: Следуя своим политическим интересам, многие зарубежные чиновники предпочитают молчать о гонениях на Украинскую Православную Церковь

Экономика и глобализм — православный взгляд

Митрополит Калужский и Боровский Климент. Читайте хорошие книги!

Исцеление — это целостная забота о духе, душе и теле

Митрополит Волоколамский Иларион: Создание системы тотального контроля над жизнью человека недопустимо

Митрополит Калужский и Боровский Климент: Подарите книгу детям...